«За тебя Господь умер — и за него тоже»

Отец Антоний говорил о самом трудном — об отношении к тем, кто нам неприятен.
«Господь за каждого человека умер. Не только за меня, но и за него тоже. И когда мы видим грубого человека и отвечаем ему грубостью, мы в своём сердце говорим: "За тебя Господь распялся, а я к тебе любовь проявлять не буду". Но кто мы такие, чтобы отказывать человеку в любви, если Сам Бог его любит?»
Отец Антоний призвал не судить по первому впечатлению, в моменте. Мы не знаем, какой путь прошёл человек, что его привело к такому состоянию, как он борется со своими страстями. Может быть, сегодня он груб, но год назад он был в десять раз грубее — и мы не видим его внутренней борьбы.

Любовь к ближнему — это не про чувства, а про решение. Решение видеть в каждом образ Божий.

История про святую воду и мужа

Отец Антоний напомнил поучительную историю из книги «Несвятые святые», где ныне митрополит Тихон Шевкунов рассказывает реальные истории.
«Пришла женщина к батюшке: "Муж вечером приходит, ругается, весь вечер в скандалах". Батюшка подумал и говорит: "Как муж начнёт ругаться — ты святой воды в рот набери и держи, пока он говорит". Она так и сделала. Хочет ответить — а вода во рту, не выплюнешь же святую воду. Муж поругался, поругался и успокоился. И вечер прошёл мирно».
Иногда самое лучшее, что мы можем сделать, — просто промолчать. Дать другому выпустить пар, не подливая масла в огонь.

Молчание может быть золотом. Особенно если это молчание с молитвой.

"Пинка дал - а он в ноги поклонился": притча о послушнике, который хотел в монастырь

Отец Антоний рассказал прихожанам удивительную историю из книги «Несвятые святые» — про Псково-Печерский монастырь:

Приходит парень, молодой, горячий, к монаху: "Отче, возьмите меня в монастырь! Готов всё делать, полное послушание!" Монах смотрит на него и говорит: "Прямо всё-всё готов делать?" — "Всё!" — "Ну, вон видишь старенького монаха? Иди дай ему пинка". Детина подбегает, даёт пинка — монах аж отлетает на два метра. И что вы думаете? Старый монах вскакивает, подбегает к парню, кланяется в ноги и говорит: "Прости меня, брат! Чем я тебя так рассердил? Прости, если я тебя чем-то обидел!"»
Парень радостно возвращается: «Всё исполнил! Какое следующее послушание?» А старый монах ему: «Знаешь, вот тебе денег на обратный билет. Поживи-ка ты ещё в миру».
И дальше отец Антоний объяснил смысл этой истории:
«Послушники удивляются: "А старому-то монаху за что досталось? Он же ни в чём не виноват!" А опытный монах сидит и говорит: "А как ему, старому, смирение проявлять? Он уже всё прошёл: и туалеты чистил, и за скотиной ходил, и любые обиды терпел. Как его дальше смирять? Вот ему и дали такую возможность — ни за что пострадать и показать, что он действительно смиренный. Пинка получил — и пошёл прощения просить"».
Вывод: мы никогда не знаем, ни то, какой путь прошёл человек, ни зачем Господь посылает нам испытания. Может быть, сегодняшняя обида — это наш шанс стать чуточку смиреннее.

Христиан бросали львам, а вера только умножалась

«В древности, когда христиан гнали, когда их убивали за веру во Христа, — их становилось только больше. Как же так? А потому что, когда их выводили на арену Колизея, когда их бросали львам, христиане не кричали от ужаса. Они кричали: "Я умираю за Христа!"
Язычники видели: эти люди идут на смерть бесстрашно. И они говорили: "Слушай, ну принеси жертву идолам — и дальше верь в кого хочешь! Что тебе стоит?" А христиане отвечали: "Нет. Я лучше умру, чем предам Христа". И умирали с молитвой на устах».
Отец Антоний напомнил, что слово «мученик» по-гречески — «мартис» — означает «свидетель».
«Они не на словах, а своей смертью засвидетельствовали свою веру. Люди смотрели на это и понимали: за такого Бога не страшно умереть. Значит, Он — настоящий. И язычники, которые вчера гнали христиан, сегодня сами становились христианами».
И вот тогда гонители придумали новое: чтобы христиане не могли говорить о Христе, им стали вырывать языки. Но и тогда они свидетельствовали — жестами, взглядами, самой смертью.
«А нам сейчас, — улыбнулся отец Антоний, — сложно сосиску не съесть в пост. Молока не попить. Как же это тяжело! Как же это сложно! А они за Христа шли на смерть и не боялись».

Глядя на подвиг мучеников, понимаешь: наш пост — это очень маленькая жертва. Но если мы попробуем ради Христа принести в жертву свои обиды, раздражение и желание настоять на своём, это тоже в свою меру христианский подвиг, приятный Богу.

Жить против течения

«Жизнь с Господом — это жизнь против течения, — напомнил отец Антоний. — Господь говорит: "Если бы вы были от мира, мир любил бы вас. А так как вы не от мира, мир вас ненавидит". По течению легче, но оно несёт нас куда попало. А мы должны грести».
Пост — это время, когда мы учимся грести против течения. Не поддаваться на провокации, не обижаться в ответ, не искать своего. Это трудно. Но без этого лодка никуда не приплывёт.

Пост — это труд. Труд души. Но только так мы движемся к Богу.

Мы — храм Божий

Трогательная часть беседы была о том, что каждый из нас — храм.
«Апостол Павел говорит: "Разве вы не знаете, что вы — храм Божий?" Представьте: каждый человек — это храм. А с храмом что делают? Его украшают, моют, чистят, ставят цветы, зажигают свечи, кадят ладаном. Чтобы там было хорошо, чтобы Господь там пребывал.
Так и мы должны заботиться о себе — о своей душе. Чтобы мы могли причащаться, принимать в себя Бога. Чтобы Господь, приходя, не расстроился.

Пост — это генеральная уборка в собственном храме.

В завершение беседы отец Антоний пожелал всем сил, терпения и радости. Прихожане аплодировали — за теплоту, за простые и важные слова, за то, что после таких разговоров на душе становится светлее и хочется стать немного лучше.

Конкурсы от «Маладзёжки»: драйв и позитив

Молодёжь подготовила настоящую развлекательную программу в лучших русских традициях. Под задорную народную музыку дети и взрослые соревновались в забавных конкурсах:
Прыг-скок— бег в мешках: кто быстрее?
Птички летят — конкурс на внимательность и реакцию.
Масленичная пословица— вспоминали народную мудрость.
Бой на подушках— главное сражение дня! Детский смех, кажется, было слышно в окрестных дворах!
Ручеёк — любимая игра всех поколений.
Что возьмёшь с собой в пост — прихожане вытаскивали пожелания на пост из красочно оформленной коробки.
Перетягивание каната стало настоящим испытанием на командный дух. Здесь объединялись и дети, и взрослые.
Кто соберёт больше баранок — сушки получали за участие в конкурсах и подвешивали на верёвочку. Победитель (тот, кто набрал больше всех сушек) получил приз!

Фоторепортаж с места событий
Мы подготовили для вас яркие кадры этого незабываемого дня

Спасибо, «Маладзёжка»!

От всей души благодарим наше молодёжное объединение за организацию праздника, подарившего нам возможность почувствовать, что такое настоящая община, где каждый — свой. И отдельное спасибо нашим батюшкам — за участие, за тепло, за то, что были рядом.

Съёмочный день был особенным. Наш продюсер и оператор Иван Давыдов буквально за несколько минут, как по мановению волшебной палочки, выстроил профессиональную студийную атмосферу: большой сет светового и звукозаписывающего оборудования, разные штативы, камеры. Мария Игоревна с первых минут создала в студии светлую атмосферу доверия и радости. Общение с ней было настолько теплым и искренним, что мы с нетерпением ждём момента, когда сможем поделиться этой беседой со всеми зрителями.

Тепло и благодарность: поздравления от сердца

Одним из самых душевных моментов вечера стало неожиданное поздравление от родителей. От их имени выступила одна из мам, чтобы поздравить с днем рождения отца Иоанна Щербакова, который активно занимается с детьми и молодёжью.
«Ни для кого не секрет, что он принимает огромное участие в досуге наших детей. Ну, а уж про то, как его занятия по спидкубингу покорили сердца мальчишек, я вовсе молчу… Дети в домашней молитве поминают отца Иоанна. Наверное, это о многом говорит», — поделилась родительница.

В этот же день поздравления принимала и давний сотрудник школы и помощница храма — тезоименитая Татьяна Белова.

Праздник, который нельзя отменить

— Отец Антоний, Вы говорили, что в молодости были периоды, когда Вы отходили от храма. Но на Рождество и Пасху всегда возвращались. Что Вас притягивало?
— Знаете, я даже не могу назвать чего-то конкретного. Просто эти две службы всегда были... особенными. Святыми. С детства — как часть жизни, естественная абсолютно.
Мы были совсем малышами, засыпали на службе — где-то на полу на куртках, где-то на клиросе. Но мы были. На ночных службах присутствовали. И это стало таким моментом, который всегда в твоей жизни есть. Как день рождения. Мы же не можем взять и отменить свой день рождения, правда? Вот и с Рождеством так же. Это же Рождество! Ну как не прийти в храм? Как не побыть на этой ночной службе? Это уже часть твоего мира.

Семейный праздник, даже когда нет семьи

— А что для вас Рождество сейчас? Чем оно отличается от других праздников?
— Для меня это всегда был семейный праздник.
Я помню очень яркий момент — мне было лет двадцать, я ещё не был женат, не был отцом. И на Новый год я вдруг почувствовал пустоту. Такую... пронзительную. Я уже не ребёнок, который с родителями празднует. Но ещё и не родитель, у которого своя семья. Я как будто между — ни туда и ни сюда. Да, я встретился с друзьями, мы как-то отпраздновали. Но настоящего ощущения праздника не было.
А на Рождество — было. Я помню, когда вернулся в храм и стал алтарничать, мы с ребятами наряжали ёлку перед маленьким деревянным храмом — конфетами и мандаринами. И дети, выходя из храма, могли взять конфетку. И вот это чувство, что будут дети, что им будут дарить подарки — оно наполняло.
Может быть, дело в том, что я всё-таки оставался человеком верующим. И чувство сыновства Богу сохранялось. Я понимал: для родителей я, может быть, и вырос. Но перед Господом я всё ещё несмышлёныш-ребёнок.
И вот это чувство прихождения к Отцу — оно никуда не уходило.

Когда мир замирает

— Если попытаться описать — что Вы чувствуете на Рождество? Через что оно приходит к вам — через звуки, образы, запахи?
Отец Антоний на мгновение задумывается. Потом говорит, подбирая слова для чего-то невыразимого:
— Знаете... мне кажется, это благодать Божья. Я не могу объяснить это как-то иначе. У меня всегда есть ощущение радости. И вот такое необычное чувство, что воздух... звенит. Как будто он сам вибрирует.
В любом храме — маленьком, большом, куда бы ты ни зашёл в эти дни. Ощущение, что весь мир замер в ожидании Рождества Христова. Мир замер и дрожит в напряжённом ожидании. Но это такое... радостное напряжение. Светлое.

Пост как расчистка пути

— Как Рождественский пост помогает готовиться к празднику?
— Смысл поста в том, чтобы мы настроились на встречу с Богом. Оторвались от земного. И вот если нам тяжело оторваться от земного — мы начинаем понимать: у меня, оказывается, есть эта проблема. Я, оказывается, без мороженого жить не могу. Я этого и не знал про себя.
Потому что мы отказываемся от того, что между нами и Богом стоит.
Если я в пост не могу отказаться от бутерброда с колбасой — у меня есть выбор между тем, сделать для Бога или для себя. И я выбираю для себя. Значит, бутерброд с колбасой между мной и Богом стоит.
Пост помогает это увидеть. И убрать преграды.

Новый год не мешает

— Многие переживают: не затмевает ли Новый год Рождество?
— Для меня — никогда не затмевал. Я с радостью праздную Новый год с семьёй. Но знаете, в чём проблема современного общества? В излишестве.
Мы не умеем себя ограничивать. У нас полный холодильник, а мы ходим с кислыми лицами, что нам нечего есть. Нам хочется чего-нибудь этакого. Когда я был ребёнком, на дне рождения был торт — и это уже был праздник. Торт был редкостью, деликатесом, восторгом. А сейчас мы в любой день можем: «А давай тортик?» И уже никакой радости.
Есть такой анекдот: в магазине появились фальшивые ёлочные игрушки. Они так же блестят, такие же красивые, но совершенно не приносят той же радости. Вопрос не в игрушках. Разруха в головах.
У нас Великим постом всегда престольный праздник Фёдора Тирона. Но это нам не мешает продолжать поститься. Мы просто подходим ко всему разумно.
Как в той притче о монахе и ученике. Их позвали в гости, на столе было мясо. Учитель взял маленький кусочек и спокойно съел. Ученик радостно набросился и наелся до отвала.
Потом они шли дальше — учитель легко, ученик изнемогал.
«Не надо было объедаться», — сказал учитель. Он съел ровно для поддержания сил. И продолжил свой путь.
А ученик услышал «можно» — и дорвался.
Мы, к сожалению, часто так и живём. Буквально во всём.
Нас никто не заставляет объедаться. Когда мы всё делаем в меру, когда всё разумно — тогда оно и не мешает.

Когда семьи создают чудеса своими руками

— У нас в храме святого великомученика Димитрия Солунского есть совершенно особая традиция, которую я больше нигде не встречал. Конкурс семейных ёлок.
Представьте: на территории храма выставляются ёлочки. И каждая семья может выбрать для себя одну — и украсить её от своей семьи.
Но суть в том, что игрушки должны быть сделаны своими руками. Это возможность для творчества, возможность всей семьёй собраться, что-то интересное придумать, создать дома, а потом прийти и нарядить ёлку.
И знаете, какие удивительные работы бывают! Я помню ёлку-солнечную систему — каждый шарик был планетой. Была юбилейная ёлка, где вместо игрушек висели фотографии прихожан и сотрудников — так интересно, так тепло получилось. Была ёлка с игрушками из солёного теста, которые всей семьёй лепили...
Это не просто конкурс. Это когда родители с детьми сидят вечером, что-то мастерят, обсуждают, смеются. Когда руки заняты, сердца становятся ближе.
И потом они приходят в храм. И вешают на ёлку не просто игрушку — а кусочек своего семейного тепла. Своей любви. Своего совместного времени.
Вот это и есть настоящее Рождество, по-моему. Когда чудо не просто происходит — а создаётся. Руками. Сердцем. Вместе.
Поэтому я всех призываю поучаствовать в этой чудесной традиции. Поддержите её. Потому что она особенная.

Русская зима как икона праздника

Во время беседы за окном падал снег — тихо, неспешно, по-рождественски.
— Для русского человека Рождество всегда связано со снегом, с морозом. Это просто привычка — или в этом есть смысл?
— Конечно, есть смысл. Мы понимаем, что в Вифлееме снега не было (улыбается). Но для нас Рождество — это зима.
Даже Иосиф Бродский, который много лет жил в Америке, в каждом своём рождественском стихотворении писал о снеге, о стуже, о метели.

Спаситель родился в лютую стужу.
В пустыне пылали пастушьи костры,
Буран бушевал и выматывал душу
Из бедных царей, доставлявших дары…

Поэт бывал в других странах. Но всё равно Рождество для него — это зима. Зима — это время, когда природа замирает. Когда всё успокаивается, затихает. Когда мир как будто ждёт.
И в эту тишину, в эту стужу, в эту темноту приходит Свет. И каждый раз мир замирает в ожидании…

Идея: от отвергнутой — к единственно возможной

Всё началось с мозгового штурма. Кто-то предложил экранизировать рассказ «Дары волхвов» О. Генри. Сначала мы даже засомневались: «Слишком просто!». Захотелось чего-то грандиозного. Но время поджимало, и мы поняли: именно эта история о настоящей любви и жертвенности — то, что нужно. Она простая, но очень глубокая.

Кастинг: «Кто подходит по типажу?»

Сюжет есть. Дальше — выбор актёров. У нас не было профессионального кастинга. Мы смотрели, кто эмоционально и внешне подходит на роли наших героев. В главных ролях утвердили Василису Конову и Михаила Аверина. Всего в кадре появилось около шести человек, а вся съёмочная группа, включая гримёров и осветителей, насчитывала человек пятнадцать!

День съёмок: грим, банка и одинокий огурец

Съёмки разделились на два дня. Первую часть, уличные сцены, мы снимали во дворе родного храма. Я работала гримером. Это было весело и ответственно!
Но самый запоминающийся «актёр» нашего фильма — это… огурец. Да-да! По сюжету, героиня покупает у бабушки-торговки соленья. Нам нужна была банка с одним огурцом. Мы купили целую упаковку, взяли один самый красивый огурец и уложили его в банку, залив рассолом. Получился наш «звездный» реквизит! Мы тогда смеялись, думая: «Что-то сомнительное зрелище». Но на экране этот момент стал очень эффектным и живым.
Вторая часть съёмок проходила в настоящем магазине, который мы арендовали. Там было сложнее: жарко, приходилось делать много дублей. Но атмосфера была потрясающая — все поддерживали друг друга, оператор ловил лучшие ракурсы.

Чудо монтажа и показ на фестивале!

После съёмок начался марафон монтажа. Ребята работали днями и ночами, чтобы успеть к фестивалю. И — успели!
16 ноября наш фильм представили на фестивале «Воздушный шар» в Северо-Западном викариатстве. Волновались страшно! Но когда картина началась, в зале заулыбались: она получилась смешной, доброй, рождественской и очень человечной!
Это невероятное чувство — осознавать, что за неделю общих усилий, суеты, горящих сроков и вдохновения мы смогли создать историю, которая тронула сердца. Это и есть главное чудо нашего общего дела.
Фильм уже можно посмотреть онлайн! Может быть, посмотрев его, и вы вдохновитесь и в следующий раз придёте к нам на съёмки. Двери нашей творческой мастерской открыты!

О выборе пути и служении

— Почему Вы решили стать священнослужителем и стали учиться в Духовной академии после технического образования?
— Желание стать священнослужителем было у меня с детства. Но был период сомнений, когда я не был уверен в этом пути. Поэтому пробовал себя в разных сферах: учился в техническом колледже, потом на филолога. Но потом как-то «дозрел» — осознал, что действительно хочу служить Богу, и пошёл учиться в Духовную академию. Это не была резкая перемена, а скорее постепенное созревание — как фрукт зреет, наливается.

— Вы сначала были алтарником. А почему Вас повысили до диакона?
— Это вполне понятный путь. Чтобы стать диаконом, нужно получить духовное образование, иметь желание служить и пройти совет. На совете проверяют, насколько человек понимает суть служения, умеет ли читать по-церковнославянски, знает ли молитвы. Я трудился алтарником, учился в семинарии, на последнем курсе наш батюшка, отец Дмитрий, спросил, есть ли у меня намерение стать диаконом. Я сказал, что есть, и отец Дмитрий предложил рукополагаться в наш храм. После этого я написал прошение Патриарху, прошел совет, и после рукоположения меня направили сюда служить.

— Что значит быть диаконом?
— Прежде всего — служить Богу. Если смотреть технически, диакон — это помощник священника. Его задача — создать условия, чтобы священник мог спокойно молиться в алтаре. Например, вовремя подать кадило. Если священник протягивает руку, а кадила нет — он отвлекается от молитвы. Наша цель — чтобы всё было вовремя и на своих местах.

О вере и личном опыте

— Как Вы впервые узнали о Боге?
— Это сложно сказать. Примерно как спросить, как вы впервые узнали про папу и маму. Я с детства слышал о Боге — мой дедушка был священником. Но одно дело, когда тебе рассказывают, а другое — когда сталкиваешься в жизни.
Один из ярких детских моментов: мне было лет 8–10. Тогда в нашем районе не было храма, и мы с мамой ездили в другие. Как-то зимой мы пришли в маленький переполненный храм. Мне стало нечем дышать, я начал задыхаться, стало страшно. И тогда я взмолился: «Господи, дай мне дожить до Причастия!» Вдруг я почувствовал себя свободно. Народу меньше не стало, но вокруг меня будто образовалось пространство, где было легко и светло. Это чувство свободы я не могу объяснить ничем, кроме как чудом Божьим. Тогда я впервые по-настоящему почувствовал, что Бог меня оберегает.

— Как вы относитесь к смерти, когда уходит близкий человек?
— У меня дедушка и бабушка уже ушли. Но у меня христианское понимание: они перешли в иной мир, они живы. Я абсолютно уверен, что они ушли к Господу. Дедушка был священником, прожил долгую, насыщенную жизнь. Когда он почил, я даже почувствовал какую-то духовную радость. Дедушку звали Василий, он почил под день Василия Великого. Я тогда посмотрел в календарь и сказал: все понятно - дедушка пошел на небо Литургию служить. Поэтому боли или горечи утраты у меня не было.

О богослужении и праздниках

— Когда и зачем проходят богослужения?
— Богослужений много: это и часы, и вечерня, и утреня. Но главное — Литургия. Только на ней мы можем соединиться со Христом через Причастие. Это самая важная служба. Мы можем ездить по святым местам, но величайшая святыня — Тело и Кровь Самого Господа — доступна нам каждое воскресенье. Для этого не нужно никаких особых затрат — только молитва, пост и исповедь.
— Какой праздник ваш любимый?
— Конечно, Пасха. Даже в юности, когда я немного отходил от храма, Пасха и Рождество всегда оставались для меня святыми днями. Я старался приходить на службу, помогать с освящением куличей. Пасха всегда была центром моей духовной жизни.

О жизнерадостности и простых истинах

— Что даёт человеку жизнерадостность?
— Это зависит от внутреннего настроя. Мы сами выбираем — радоваться жизни или грустить. Помню, в день нашей свадьбы с утра пошёл дождь. Супруга сначала расстроилась, но сразу подумала: «У меня самый лучший день в жизни, и он будет чудесным».
Часто мы не осознаём, сколько нам дано: крыша над головой, здоровье, возможность молиться в храме. Я как-то смотрел интервью с футболистом из Африки. Он с восхищением говорил: «Вы не понимаете, что такое горячая вода и электричество!» А у нас всё это есть.
Один из самых жизнерадостных людей — Ник Вуйчич, родившийся без рук и ног. У него семья, дети, он путешествует по миру и учит людей радоваться. Если у нас есть руки, ноги, крыша над головой — у нас уже бесконечно много поводов для благодарности Богу.
— Хотели бы Вы переехать в другую страну?
— Переехать — вряд ли. Интересно посмотреть другие страны, пожить месяц, но для постоянной жизни Россия для меня родная и понятная. Здесь всё своё: культура, язык, церковь. Жизнь в другой стране — это не только красивые открытки, но и сложности, к которым нужно быть готовым.

Интервью провели корреспонденты «Детских вестей» Дима Палкин, Аня и Яна Авдюшины

— Отец Иоанн, расскажите, что для Вас Литургия? Какой у Вас самый главный образ, связанный с ней?
— Вы знаете, слово «Литургия» — заимствованное, оно переводится как «общее дело». И называется оно так потому, что в этот день собираются все люди — даже те, кто не знаком друг с другом — в одном месте, в храме, совершают богослужение. Центральным моментом Литургии является Причастие, Евхаристия. Все эти люди приходят на общее дело, чтобы причаститься Тела и Крови Христовых. Для нас это самое важное богослужение. Есть и другие службы, но Литургия — центральная. Благодаря ей люди приобщаются Тела и Крови Христовых, то есть соединяются с Богом, получают от Него благодать. Это самое главное для христианина — быть с Богом. А на Литургии как раз это и происходит.
Помимо этого, на Литургии люди молятся. К Причастию нужно готовиться, но не у всех это получается в силу обстоятельств. И тогда люди приходят просто помолиться.
Представьте: когда мы молимся одни, наша мысль может легко уйти в сторону. Мы читаем «Отче наш», а сами вспоминаем, как пошутили с друзьями, о домашнем задании... А на Литургии даже если кто-то один отвлекся, общая молитва не прерывается. Господь сказал: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». То есть, когда мы собираемся вместе, среди нас присутствует Сам Бог. И от этого наша молитва становится гораздо сильнее.
Поэтому, во-первых, на Литургии мы соединяемся с Богом — это самое важное. А во-вторых наша общая молитва не прекращается.

— А какой у Вас личный, самый яркий образ или ощущение от Литургии?
— Я бы отметил два ярких момента.
Первый — это само Причастие. Бывает, идешь на службу уставшим, не выспавшимся, еле стоишь, ноги устают... Но когда причащаешься, всю эту усталость будто рукой снимает. Ты чувствуешь себя полным сил и энергии, появляется желание творить добро. Литургия вначале может даваться с трудом, но после нее готов служить еще раз!
Второй момент. Бывают воскресенья, когда по каким-то обстоятельствам не получается быть в храме. И ты сразу чувствуешь какую-то брешь, пустоту, ощущение, что ты не там, где должен быть. И это лишний раз напоминает, что вся твоя жизнь — с Богом.

Литургия — это когда «я» становится частью «мы», но при этом индивидуальность «я» не теряется, а полнее раскрывается. Десятки одиноких молитв, спотыкающихся о житейские мысли, сливаются в одну мощную волну, которая подхватывает и несёт каждого. Отец Иоанн назвал это «общим делом». Дети почувствовали это сердцем. А значит, чудо совершается на наших глазах. Милостью Божьей оно сейчас повторятся каждое воскресенье.

Когда после Литургии выходишь из нашего храма вмч. Димитрия Солунского, попадаешь в совершенно особое пространство. Сегодня было холодно, около минус пяти, но несмотря на морозец, на улице перед храмом было по-настоящему тепло и уютно. И огоньку придали… замечательные костры из настоящих дров с краснеющими головнями и углями в кованых подставках, и вокруг них собрались прихожане. Это необычное явление: понятно, костры на даче, в лагере - но в Москве костры я еще не встречала.

Это была наша воскресная трапеза в новом формате — общей трапезы на улице, где вся община собирается вместе. Наливали горячий чай с сахаром и лимоном — у храма он особенно вкусный! И была разная вкусная горячая еда. На стулья даже положили специальные подушечки, чтобы сидеть было удобнее. А небо сегодня было особенным — облака напоминали белую кору дерева с голубыми прожилками.

Но главным событием были не костры и даже не еда, а беседа с нашим настоятелем — отцом Дмитрием Крутовым. Он сел у микрофона, и постепенно все притихли — и взрослые, и дети. Говорил он о самом важном — о молитве перед Причастием, о том, как детям нужно молиться и в каком возрасте начинать, и что к каждому нужен свой заботливый подход.
А еще он говорил о "горении" веры. «Когда человек только приходит к вере, — объяснял батюшка, — у него есть такое сильное внутреннее горение, как в начале семейной жизни. Потом оно немного уменьшается, но не потому, что исчезает, а потому что Господь ждет, чтобы мы уже сами поддерживали этот огонь своими силами».

Мне лично такой формат очень нравится! Да, он отличается от прежнего, но в нем есть что-то очень теплое, и это не только костры. Происходит что-то особенное, когда все собираются вместе — и дети, которых родители кормят с ложечки, и взрослые, серьезно слушающие батюшку, и этот замечательный чай, согревающий руки, и яркое почти зимнее солнце!

Я спросила у Яны, нашей певчей, что ей запомнилось больше всего. «На клиросе собралось много людей, — поделилась она, — и хор звучал особенно торжественно. А ещё пришли гости — священнослужители из других храмов, чтобы вместе с нами молиться и разделить радость престольного праздника».

Я посмотрела на людей: все стояли очень сосредоточенно, даже дети не шумели. А потом батюшки вышли в центр храма и пели — такое бывает только на праздничных службах.

В конце службы наш настоятель отец Дмитрий Крутов сказал слова, которые, мне кажется, запомнились всем: «Великомученик Димитрий постепенно собирал всех нас вокруг себя. И чем больше проходит времени, тем яснее мы видим смысл этого созидания».

Для меня святой Димитрий — это мужественный воин, который не испугался отстаивать веру. И он продолжает объединять нас — тех, кто молится в этом храме сегодня, и тех, кто строил его несколько лет назад. На литургии мы снова соберёмся все вместе, как одна большая семья, чтобы почувствовать свою связь со святым Димитрием и друг с другом.

— Какие впечатления остались у Вас от первой службы в нашем храме?
— Это было незабываемо! Моя первая служба здесь совпала с престольным праздником и визитом правящего архиерея, владыки Никандра. Архиерейские службы всегда наполнены особой торжественностью и благодатью. Испытываешь и радость, и трепет одновременно. Поначалу, конечно, было непривычно служить на новом месте, но сейчас я уже не мыслю себя без нашего храма.

— В чем Вы видите особенность нашего прихода?
— Главная особенность — в удивительной, пульсирующей жизни общины. Здесь кипит работа с детьми и молодежью, проходят миссионерские поездки, действует подворье, организуются семейные лагеря. Не каждому приходу удается поддерживать такую активность! Особенно хочется отметить хоровое служение — оно действительно украшает наши богослужения. Эта общая энергия вдохновляет и меня лично.

— Почему Вы считаете важными занятия в кружках воскресной школы? Какое значение имеют творческие направления?
— Эти кружки расширяют кругозор детей, показывая, что вера — не отдельная часть жизни, а её основа. Через творчество и изучение языков ребята учатся видеть красоту Божьего мира в разных проявлениях. Это помогает выявлять и развивать таланты, расти разносторонней личностью.

— Расскажите, как проходит подготовка к престольному празднику?
— Мы относимся к этому как к встрече самого дорогого Гостя — святого Димитрия Солунского. Поэтому стараемся привести в порядок весь храм: и алтарь, и внутренние помещения. Важно, что в уборке участвуют не только алтарники, но и прихожане. Такое общее дело действительно объединяет людей, создает по-настоящему семейную атмосферу.

— Чувствуете ли Вы особую поддержку великомученика Димитрия в своем служении?
— Безусловно! Хотя эта поддержка часто проявляется очень деликатно. Порой, оглядываясь на какие-то события, понимаешь: как же все точно сложилось, словно незримая рука направляла. Особенно остро я почувствовал связь со святым Димитрием, когда всем храмом мы провожали его мощи в зону специальной военной операции. В тот момент сердце сжалось — будто прощался с самым близким человеком. Тогда я осознал, как сильно привязался к нашему небесному покровителю.

— Чему современные молодые люди могут научиться у святого, жившего столько веков назад?
— Прежде всего — верности своим убеждениям. Димитрий Солунский занимал высокое положение, но не побоялся открыто исповедовать веру, даже под страхом смерти. Его пример учит нас не стесняться своей веры. Это особенно актуально для современных подростков, которые часто сталкиваются с непониманием сверстников.

— Что бы Вы пожелали нашему храму в день его престольного праздника?
— Того, о чем мы традиционно молимся в многолетии: «Здравия, спасения и во всем благого поспешения». Хочется, чтобы наш храм продолжал быть центром духовной жизни, чтобы сюда стремились и дети, и молодежь, чтобы каждый прихожанин чувствовал себя частью большой семьи.

— Какие планы связаны с дальнейшим служением в нашем храме?
— Если говорить о конкретных проектах — их много. Но главная цель заключается в другом: чтобы каждый, кто переступает порог нашего храма, чувствовал себя как дома. Чтобы воскресная школа стала местом, куда дети бегут с радостью, а все наши мероприятия помогали прихожанам становиться ближе друг к другу. Когда приход становится настоящей семьей — это и есть самое ценное.

Беседовали корреспонденты «Детских вестей» Александр Рыжов, Дмитрий Палкин, Анна и Яна Авдюшины.

Переключаем режим: с прихожанина на журналиста

Прямой эфир – это не импровизация, к нему нужно готовиться! И лучше всего это сделать погружением в контекст. Ребята учились смотреть на знакомый храм глазами репортёра. Чтение жития святого Димитрия Солунского превратилось в поиск ярких деталей: бои с гладиаторами, победа мученика Нестора над самым сильным гладиатором, мужество Димитрия, его готовность умереть за веру - эти истории оживали в воображении.

Ослики, ночные дежурства и первая Пасха: что поразило

Затем дети углубились в историю храма. Задача стояла – из услышанного записать то, что особенно живо отозвалось, удивило, запомнилось – именно эти детали просятся в блокноты как наметки для будущих вопросов или журналистских рассуждений. Эти раздумья как раз стали домашним заданием.

Ребята поделились откликами:

Дима Палкин запомнил настоящее паломничество иконы великомученика Димитрия с Афона в наш храм на нескольких видах транспорта: «Её везли на корабле, на самолёте, на машине и даже на ослике!»

Саша Рыжов живо представил картину: «Ослик идёт по горной тропе, а на его спине — огромная икона великомученика. Ослик хоть и маленький, но очень сильный!»

Дашу поразила самоотверженность первых прихожан: «80 человек зимой ночью каждые два часа, следили, чтобы не замерз фундамент! Они же могли спать, но не спали!»

Аня поделилась тёплыми воспоминаниями о первой Пасхе в каменном храме: «Храм тогда был внутри полностью белый!»

В журналистике важно не просто собирать факты, а еще и пропускать их через свое осмысление, эмоции и интерес – именно так рождаются яркие материалы. Кто-то скажет, кому интересно мое восприятие? Ответим - всем! Каждый человек - уникальная творческая лаборатория! Об одном и том же событии у каждого получится свой уникальный рассказ.

И именно эту суперспособность творческого осмысления дети сегодня учились прокачивать погружением в контекст. Что из этого получится, увидим в прямом эфире с отцом Иоанном Щербаковым 2 ноября в 13.10! Ссылка на эфир придет в момент начала трансляции в канал кружка журналистики. Присоединяйтесь!

Кружок ведет Марина Васильевна. Она объяснила, что «Юный химик» – для ребят от 10 до 14 лет, но на первое занятие пришли и младшие школьники, например, Вера и Аня.

Почему свеча?
Первое, что бросилось в глаза – горящая свеча прямо на учительском столе. Я спросил, зачем она. Оказалось, это целый научный экскурс!
«Наблюдая за горением свечи, можно узнать многие явления, которые происходят в химии, – рассказала Марина Васильевна. – Практически все превращения в химии можно увидеть вот при таком обычном горении. Поэтому мы и начали со свечи».

Оказывается, горение свечи - это целых 20 разных процессов и явлений сразу! Куда девается воск? Почему пламя может быть разного цвета? Почему свеча коптит, если на нее подуть? Получается, что даже самый обычный предмет может стать окном в огромный и увлекательный мир науки.

Оказывается, даже простое пламя – это уже целая химическая лаборатория! Очень неожиданно и интересно.

Что же будет дальше на занятиях?
Марина Васильевна поделилась планами: ребята будут проводить самые настоящие опыты, а потом анализировать и записывать их результаты.
«Я думаю, что нам будет очень интересно, потому что на уроках химии образуются новые вещества», – сказала преподаватель.

Я попросил рассказать Марию Дмитриевну, как она сама заинтересовалась китайским языком, что в нем интересного.

- Мне интересен Китай, я очень хочу туда поехать. Китайский язык — это уникальное явление, во многом принципиально отличающееся от русского языка. Но именно это делает его изучение такой увлекательной экзотикой и расширяет сознание! Во-первых, иероглифическая письменность: это смысл, зашифрованный в образах. Многие современные иероглифы произошли от древних рисунков. Это создает глубокую связь между письмом и визуальным образом. Китайский язык — тональный. Один и тот же слог, произнесенный с разной высотой и интонацией, имеет совершенно разные значения, – поделилась преподавательница.

Как раз на сегодняшнем уроке ребята изучали тоны. На уроках в этом кружке они будут учиться разговаривать по-китайски, писать иероглифы и осваивать основы этого удивительного языка.

Кружок принимает детей от 7 до 14 лет. Занятия проходят по воскресеньям: младшая группа в 13:00, старшая – в 13:30. Если вы хотите присоединиться, запишитесь.

- Изучая этот удивительный язык в нашем кружке, мы лишь слегка прикасаемся к великой китайской культуре. Но через изучение любого иностранного языка мы расширяем наши возможности поделиться с людьми той Благой Вестью, которую узнали в Церкви. Таким образом мы можем помочь людям найти Истину - самого Бога – заключил отец Иоанн Щербаков.

Если вы хотите попробовать свои силы в изучении этого необычного языка, приходите на занятия кружка «Китайский язык». Можно также обратиться к отцу Иоанну Щербакову для записи. Кто знает, может быть, и вы скоро сможете говорить по-китайски!

А если вы хотите создавать интересные новости о жизни прихода или вы хотите рассказать о своём кружке, присоединяйтесь к корреспондентам газеты "Детские вести"!

Важной частью первого занятия стал просмотр эксклюзивного интервью с Алексеем Ивлиевым, корреспондентом НТВ, который рассказал ребятам о специфике работы журналиста и поделился профессиональными секретами.

Далее юные журналисты познакомились с различными жанрами журналистики, более подробно остановившись на заметке как одном из базовых журналистских форматов: презентация. Каждый участник попробовал свои силы в создании собственного блока аудиозаметки, а затем все блоки были объединены в этот материал.

Юные корреспонденты с нетерпением ждут следующего занятия и уже готовятся к созданию материалов для приходской газеты. Впереди у них много интересного на пути освоения журналистского мастерства.

Редакция "Детских вестей"